(в развитие темы "О концепции организации и ведения в России правильного лесного хозяйства")
Во многих публикациях лесоводов и экологов повторяются призывы и даже мольбы о необходимости сохранения биологического разнообразия лесов (БРЛ). Почему его считают таким важным? Общераспространенная точка зрения: главным образом, потому что в БРЛ, как в мифической чаше святого Грааля, заключено то самое, благодаря чему обширные территории нашей планеты оказались «одеты» лесами задолго до того, как там было замечено присутствие человека. И еще, конечно, потому что образовавшийся на Земле её лесной покров оказался способным не только к саморазвитию, но и к активному участию в формировании биосферы Земли, с присущими ей удивительно узкими диапазонами физических параметров, в границах которых только и возможна жизнь людей и «братьев наших меньших».
На сегодня мир является свидетелем вызванных человеком быстрых изменений БРЛ. Это - реальность, несомненно, заслуживающая того, чтобы ей был посвящен особый раздел в будущей КПЛХ (концепции правильного лесного хозяйства).
Ниже я позволю себе как лесоводу коротко сказать о своем отношении к БРЛ и о вызванных человеком его изменениях.
Для удобства рассмотрения того, что называют БРЛ, его можно представить в виде двух главных составляющих частей. Это:
1) Разнообразие самих условий местообитания живых существ в виде разных вариантов климата, почвы, крутизны и экспозиции склонов, высоты над уровнем моря и проч.
2) Видовое, генетическое и биоценотическое разнообразие обитающих в данных условиях деревьев и сопутствующего им множества других существ, с присущим им разным участием в пищевых цепях, а по сути - в разных вариантах производимого перемещения и использования аккумулированной зелеными растениями энергии Солнца.
Может ли то, что обозначено выше, в первом пункте, влиять на то, что названо во втором? Безусловно! А наоборот? В какой-то мере.
В каких лесах имеющееся там биологическое разнообразие можно рассматривать как наиболее сбалансированное между самой жизнью и её условиями? Конечно, в девственных и еще в тех, которые теперь называют старовозрастными. Почему? Потому что там в результате всей многотысячелетней эволюции лесов перечисленное в пункте 2 оказалось наиболее приспособленным к условиям, названным в пункте 1. Главным результатом этого в нашей тайге было то, что лесоводы называют светлохвойными и тёмнохвойными лесами, а внутри каждой из названных категорий - коренными типами или группами типов девственных и старовозрастных лесов.
Примечание. К старовозрастным сегодня обычно относят леса, мало затронутые деятельностью людей, в силу чего они во многом подобны девственным.
Стабильной особенностью наших таежных девственных и старовозрастных лесов издавна являлось господство в их составе деревьев хвойных пород и подчиненное положение мелколиственных в виде небольшой примеси к хвойным. И это - несмотря на то, что осина и береза (по сравнению с хвойными породами) обладают гораздо лучше выраженной способностью к размножению не только семенным, но и вегетативным путем. Почему, тем не менее, породный состав (и само биологическое разнообразие!) наших таежных лесов оказались в прошлом именно такими, какими оказались? На этот вопрос отвечу так:
1. Из-за того, что деревья определенных видов и климатипов наших лиственницы, сосны и ели могут выживать и плодоносить в условиях такого сурово-холодного климата и бедной почвы, которые, например, неприемлемы для осины.
2. По причине меньшей продолжительности жизни у деревьев мелколиственных пород, по сравнению с хвойными.
3. Из-за того, что у сосны, ели, пихты и кедра их фотосинтезирующие органы пребывают в «рабочем» состоянии не один сезон, а несколько лет; и еще, потому что начинают они свою «работу» весной раньше, а заканчивают осенью позже, чем листья у осины и березы. То и другое, как можно предполагать, позволяет сосне, ели, пихте и кедру усваивать энергию Солнца с более высоким КПД.
Приняв во внимание вышесказанное, нельзя оставить без ответа вопрос о том, почему в процессе почти бесконечно длительной эволюции таежных лесов её результатом, как правило, оказались не чистые по составу хвойные древостои, а хвойные с небольшой примесью мелколиственных?
Убедительного ответа на этот вопрос у меня нет. Предполагать же я могу следующее:
- что названная примесь лиственных к хвойным выступает в роли единственного или дополнительного кормового ресурса для зооучастников лесных биогеоценозов;
- что присутствие в мертвом напочвенном покрове хвойных древостоев не только хвои, но еще какого-то количества опада, образуемого «листвой», кустарниками, травами и другими растениями, увеличивает плодородие почвы;
- что все это во времени улучшает условия существования леса как живой системы в её целом виде.
На сегодня (и уже давно) рост числа людей на Земле сопровождается увеличением количества потребляемых товаров из древесины. Нужную древесину можно находить не только в девственных, старовозрастных и иных лесах естественного происхождения, но и производить на специальных плантациях-дендрополях. В мире теперь уже примерно 40 % нужной для промышленной переработки древесины получают на таких плантациях. Однако, не в России. Почему? Главным образом, я думаю, из-за того, что наш «лесной» бизнес теперь поставлен в такие условия, при которых ему выгоднее изымать из оставшихся экономически доступных лесов то ценное, что там еще осталось, а не заниматься производством нужной ему древесины на собственных плантациях.
* * *
О необходимости сохранения БРЛ обычно вспоминают, имея в виду экономически доступные территории, где ведутся промышленные заготовки древесины. При этом речь ведут, как правило, не об оптимизации состава и обилия живых существ в конкретных типах условий местообитания, а также в интересах долгосрочной хозяйственной деятельности людей в лесах, а всего лишь об элементарном увеличении перечня обитающих в лесу видов растений и животных. На нескольких примерах покажу, к чему ведет (или уже привело) такое «суженное» понимание самой сути БРЛ.
1. Вызванная заготовителями древесины массовая смена хвойных древостоев мелколиственными, о почти военных последствиях которой мои коллеги и я уже неоднократно писали и говорили.
2. Замедленный рост, повреждение и гибель культур сосны в Карелии от снежного шютте, вызванные безграмотными решениями о дальних «перебросках» её семян.
3. Известное многим повреждение культур и подроста сосны вертуном при наличии рядом с ними поросли осины. Это с её листьев споры болезнетворного грибка ветром переносятся на побеги сосны. Если поросль осины своевременно не удалить, заболевание сосны вертуном ведет к финансовым потерям по причине задержки роста деревьев и снижения товарных достоинств стволов.
4. Мощное усиление повреждений культур и подроста сосны на зараженных майским хрущом площадях, если рядом с ними присутствует береза. Почему? Потому что молодым жукам хруща необходимо дополнительное питание, в качестве которого они используют молодые листья березы.
5. Появление в сырых лесах и на болотах в европейской части тайги енотовидной собаки. В погоне за непроверенной в экспериментах формальной новизной её привезли в леса Европейской России с Дальнего Востока. Одним из полученных результатов этого явилось резкое сокращение численности журавлей и боровой дичи.
6. Замеченная массовая имитация БРЛ в виде брошенных на лесосеках недорубов, не имеющих товарной ценности для заготовителей древесины.
7. Уже получившее вид «зеленой эпидемии» энергичное распространение ядовитого борщевика Сосновского. Завезенное к нам по недомыслию и лишенное в наших условиях своих естественных врагов и болезней, это растение быстро обживает придорожные полосы, лесные опушки, пастбища, а в некоторых случаях и вырубки. Соответственно, теперь те, кто хочет или должен ему противостоять, вынуждены делать это недешевыми искусственными средствами.
8. Замеченная многими людьми неодинаковая численность (а возможно, и разная активность) клещей и кровососущих насекомых на территориях с разным БРЛ. За всем этим нельзя не увидеть разные уровни санитарной опасности таких объектов для людей, что обязывает принимать данное обстоятельство во внимание при планировании и организации работы и отдыха людей в лесах.
* * *
С моей точки зрения, лучшее, что люди могут сделать для сохранения БРЛ (и самого «банка» лесного генофонда России), это «железная» (на уровне соответствующих статей в УК РФ) защита государством лесов несырьевого назначения (в том числе девственных и старовозратных) от посягательств со стороны «лесного» бизнеса и иных интересантов.
На других территориях придется делать другое, а именно: осуществлять отвечающую нашим потребностям трансформацию БРЛ. Это, очевидно, всегда будет вынужденной акцией, сопряженной к тому же с возможностью получения тех или иных негативных результатов. Чтобы минимизировать их вероятность, у нас может быть только одна некороткая «дорожная карта» - обязательно проводить многолетние эксперименты, а затем проверять и перепроверять полученные результаты в производственных опытах. Со своей стороны поясню, почему такая многоступенчатая проверка необходима: в том числе еще и потому, что достигаемый в традиционных опытах высокий прирост определенных деревьев по высоте и диаметру еще не означает, что именно им присуща высокая устойчивость к опасным для них факторам и условиям.
12.12.2016
Чл.-корр. РАН, Заслуженный лесовод России И.В. Шутов
* * *
И.В.Шутов. О концепции организации в России правильного лесного хозяйстваИ.В.Шутов. Лес как объект природы и хозяйственной деятельности лесоводов (продолжение темы)И.В.Шутов. О дорогах в лесу (в развитие темы "О концепции организации и ведения в России правильного лесного хозяйства")И.В.Шутов. Остановить превращение хвойных лесов России в мелколиственные! (Продолжение темы о Концепции правильного лесного хозяйства)
