Правительство РФ внесло в Государственную Думу законопроект, отчасти противоположный "дачной амнистии" (федеральному закону от 30 июня 2006 года № 93-ФЗ) и "лесной амнистии" (федеральному закону от 29 июля 2017 г. № 280-ФЗ). Поскольку законопроект новый, у него еще нет общепринятого короткого названия - пока назовем его условно "законопроект о строительной антиамнистии". Ссылка на законопроект:
Законопроект №301924-7 "О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации (в части уточнения положений о самовольных постройках)"
Законопроект существенно изменяет и дополняет статью 222 Гражданского кодекса РФ ("Самовольная постройка"): с одной стороны, ужесточается определение самовольной постройки (в частности, теперь она может быть признана самовольной при отсутствии необходимых не только разрешений, но и согласований); с другой стороны - вводится норма, защищающая собственника, который "не знал и не мог или не обязан был знать о действии ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка". Законопроект частично разграничивает ситуации, в которых решение о сносе самовольной постройки может быть принято органами местного самоуправления или судами.
Согласно законопроекту, "органы местного самоуправления поселений, городских округов принимают в порядке, установленном законом, решение о сносе самовольной постройки или о ее приведении в соответствие с установленными требованиями в следующих случаях:
решение о сносе самовольной постройки - в случае, если такая постройка создана или возведена на земельном участке, в отношении которого отсутствуют правоустанавливающие и (или) правоудостоверяющие документы, и необходимость наличия указанных документов установлена в соответствии с законодательством на дату начала строительства такого объекта, либо такая постройка создана или возведена на земельном участке, вид разрешенного использования которого не допускает строительство на нем такого объекта и который расположен в границах территории общего пользования;
решение о сносе самовольной постройки или о ее приведении в соответствие с установленными требованиями - в случае, если постройка создана или возведена на земельном участке, вид разрешенного использования которого не допускает строительство на нем такого объекта, и данная постройка расположена в границах зоны с особыми условиями использования территории, при условии, что режим указанной зоны не допускает строительство такого объекта, либо в отношении самовольной постройки отсутствует разрешение на строительство, при условии, что границы указанной зоны, необходимость наличия указанного разрешения установлены в соответствии с законодательством на дату начала строительства такого объекта".
Поправки, относящиеся к статье 222, занимают несколько страниц - с ними лучше знакомиться в оригинале (см. ссылку выше).
Законопроект вводит две "даты отсечения": 1 января 2019 года - дату, до которой решения о сносе объектов индивидуального жилищного строительства и домов, построенных на "садовых земельных участках", могут приниматься только судами, и 1 марта 2018 года - если до этой даты зарегистрировано право собственности на объекты индивидуального жилищного строительства, участки, на которых они расположены, принадлежат собственнику этих объектов, и их параметры соответствуют правилам землепользования и застройки и требованиям действующего законодательства, то решение об их сносе не может быть принято.
Законопроект сложный, в сочетании с ранее принятыми законами об "амнистиях" он может еще сильнее запутать ситуацию с регистрацией прав собственности на дачи, садовые дома и участки и тому подобные объекты недвижимости, имеющие спорные границы или в целом спорный статус, а также на граничащие с этими объектами лесные участки. Возможно, это является результатом обычного законотворческого хаоса, когда правая рука не знает о том, что делает левая, а голова или не участвует в процессе, или даже вовсе отсутствует. Возможно, правительство постепенно начинает осознавать, что "амнистии", особенно "лесная", открыли слишком широкие возможности для растаскивания государственной земельной собственности, и теперь пытается как-то справиться с вышедшей из-под контроля ситуацией. Возможно также, что все это является частью какой-то крупной аферы - законодатели сначала как бы прощают собственников спорных строений и участков, создавая правовые лазейки для их легализации (непростые, требующие значительных административных и финансовых ресурсов, и доступные в первую очередь для "своих"), а потом частично отказываются от прощения тех, кто не смог этими лазейками во-время воспользоваться.
На масштабы растаскивания земель лесного фонда принятие этого законопроекта вряд ли сильно повлияет. Почти тремя четвертями земель лесного фонда Российская Федерация владеет лишь номинально: по закону эти земли принадлежат ей, но точных границ, поставленных на государственный кадастровый учет, у них нет, поэтому ловкие земельные мошенники довольно легко откусывают от федеральной лесной собственности самые привлекательные и дорогие лесные участки. По данным ЕМИСС, по состоянию на 2016 год (более поздних данных пока нет) на государственный кадастровый учет были поставлены лишь 26,2% от общей площади земель лесного фонда. Если работа по постановке земель лесного фонда на государственный кадастровый учет будет и дальше вестись такими темпами, как сейчас - для ее завершения понадобится около семидесяти лет.
Законопроект №301924-7 "О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации (в части уточнения положений о самовольных постройках)"
Законопроект существенно изменяет и дополняет статью 222 Гражданского кодекса РФ ("Самовольная постройка"): с одной стороны, ужесточается определение самовольной постройки (в частности, теперь она может быть признана самовольной при отсутствии необходимых не только разрешений, но и согласований); с другой стороны - вводится норма, защищающая собственника, который "не знал и не мог или не обязан был знать о действии ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка". Законопроект частично разграничивает ситуации, в которых решение о сносе самовольной постройки может быть принято органами местного самоуправления или судами.
Согласно законопроекту, "органы местного самоуправления поселений, городских округов принимают в порядке, установленном законом, решение о сносе самовольной постройки или о ее приведении в соответствие с установленными требованиями в следующих случаях:
решение о сносе самовольной постройки - в случае, если такая постройка создана или возведена на земельном участке, в отношении которого отсутствуют правоустанавливающие и (или) правоудостоверяющие документы, и необходимость наличия указанных документов установлена в соответствии с законодательством на дату начала строительства такого объекта, либо такая постройка создана или возведена на земельном участке, вид разрешенного использования которого не допускает строительство на нем такого объекта и который расположен в границах территории общего пользования;
решение о сносе самовольной постройки или о ее приведении в соответствие с установленными требованиями - в случае, если постройка создана или возведена на земельном участке, вид разрешенного использования которого не допускает строительство на нем такого объекта, и данная постройка расположена в границах зоны с особыми условиями использования территории, при условии, что режим указанной зоны не допускает строительство такого объекта, либо в отношении самовольной постройки отсутствует разрешение на строительство, при условии, что границы указанной зоны, необходимость наличия указанного разрешения установлены в соответствии с законодательством на дату начала строительства такого объекта".
Поправки, относящиеся к статье 222, занимают несколько страниц - с ними лучше знакомиться в оригинале (см. ссылку выше).
Законопроект вводит две "даты отсечения": 1 января 2019 года - дату, до которой решения о сносе объектов индивидуального жилищного строительства и домов, построенных на "садовых земельных участках", могут приниматься только судами, и 1 марта 2018 года - если до этой даты зарегистрировано право собственности на объекты индивидуального жилищного строительства, участки, на которых они расположены, принадлежат собственнику этих объектов, и их параметры соответствуют правилам землепользования и застройки и требованиям действующего законодательства, то решение об их сносе не может быть принято.
Законопроект сложный, в сочетании с ранее принятыми законами об "амнистиях" он может еще сильнее запутать ситуацию с регистрацией прав собственности на дачи, садовые дома и участки и тому подобные объекты недвижимости, имеющие спорные границы или в целом спорный статус, а также на граничащие с этими объектами лесные участки. Возможно, это является результатом обычного законотворческого хаоса, когда правая рука не знает о том, что делает левая, а голова или не участвует в процессе, или даже вовсе отсутствует. Возможно, правительство постепенно начинает осознавать, что "амнистии", особенно "лесная", открыли слишком широкие возможности для растаскивания государственной земельной собственности, и теперь пытается как-то справиться с вышедшей из-под контроля ситуацией. Возможно также, что все это является частью какой-то крупной аферы - законодатели сначала как бы прощают собственников спорных строений и участков, создавая правовые лазейки для их легализации (непростые, требующие значительных административных и финансовых ресурсов, и доступные в первую очередь для "своих"), а потом частично отказываются от прощения тех, кто не смог этими лазейками во-время воспользоваться.
На масштабы растаскивания земель лесного фонда принятие этого законопроекта вряд ли сильно повлияет. Почти тремя четвертями земель лесного фонда Российская Федерация владеет лишь номинально: по закону эти земли принадлежат ей, но точных границ, поставленных на государственный кадастровый учет, у них нет, поэтому ловкие земельные мошенники довольно легко откусывают от федеральной лесной собственности самые привлекательные и дорогие лесные участки. По данным ЕМИСС, по состоянию на 2016 год (более поздних данных пока нет) на государственный кадастровый учет были поставлены лишь 26,2% от общей площади земель лесного фонда. Если работа по постановке земель лесного фонда на государственный кадастровый учет будет и дальше вестись такими темпами, как сейчас - для ее завершения понадобится около семидесяти лет.
