Замгендиректора «Владлесхоза» Константин Алексеев заявил, что уволился, потому что не может работать под руководством нового директора лесного департамента Владимирской области Ивана Петухова, и предрек массовый исход лесных специалистов
21 марта руководство ГАУ «Владлесхоз» покинул заместитель генерального директора Константин Алексеев. В разговоре с Зебра ТВ Алексеев сообщил, что его уход
нельзя связывать с брошенными в Петушинском районе лесными делянками и рассказал об истинных причинах своего увольнения.
По мнению Константина Алексеева, сокращение финансирования может привести к полной деградации лесной отрасли Владимирской области. Названные собеседником редакции реальные деньги, выделенные на тушение лесных пожаров, вызывают обеспокоенность.
Специалист с многолетним стажем управления в лесной сфере пояснил, к каким последствиям, по его мнению, может привести непрофессионализм нового директора департамента лесного хозяйства администрации Владимирской области Ивана Петухова, почему может вспыхнуть Курлово, в каком состоянии находится лесопожарная техника и кто заплатит за новые камеры видеонаблюдения на вышках операторов мобильной связи.
В чем у вас конфликт с директором департамента лесного хозяйства администрации Владимирской области Иваном Петуховым?
Да. Я не считаю себя великим специалистом в лесном хозяйстве. Он хороший, может быть, управленец, может быть, знаток законодательства поверхностно, а практики работы на земле у него нет. Прислушиваться к мнению специалистов практиков, специалистов департамента, учреждения, лесников - у него нет желания. Есть одно мнение — его. А уж играть в игры со всякими «непонятными» схемами нормальные люди тем более не собираются и не будут. Поэтому я думаю, что волна увольнений сейчас будет продолжаться.
В ситуации с московской компанией «Форест», которую обвиняют в том, что она бросила лесную делянку в Петушинском районе, не приведя ее в порядок после вырубки деревьев, — тоже непонятная схема?
Нет. Там подрядчик, который не выполнил свои договорные обязательства. Такое случается сплошь и рядом. Конечно, он создал ненормальную ситуацию в лесу, поэтому учреждение с ними сейчас судится. Подано большое количество исков. У ООО «Форест» - уже пять, по-моему.
Чем не устраивает позиция директора лесного департамента владимирского Белого дома? К чему Иван Петухов, с вашей точки зрения, должен прислушиваться, но этого не делает?
Например, вопросы формирования госзадания, вопрос доведения финансирования по исполнению госзадания учреждению, который надо решать, не сидя в кабинете и красуясь перед видеокамерами, а как бывшему работнику Рослесхоза — в Рослесхозе.
У Кузина как у первого заместителя губернатора выбивать областные деньги, выбивать федеральные деньги. А не на фоне повышения НДС, стоимости энергоносителей, 5-процентного повышения окладов учреждение опускать в финансовую яму. «Владлесхозом» надо заниматься планово, продуманно, с задачей на перспективу.
То есть, финансирования нет?
Естественно, есть, но не в том объеме, которое учреждению необходимо. Два месяца с этим боролись, два месяца доказывали ему ситуацию - весь ноябрь и декабрь прошлого года. Этим надо было заниматься всю осень прошлую, а не потом уже по факту получения доведенного плана искать, где же «Владлесхозу» срезать деньги. Например, ни разу за последние несколько лет объем финансирования на тушение лесных пожаров не снижался меньше 8 миллионов. Ни разу! И только его волевым решением оно снижено до 1 миллиона 250 тысяч. Вот такая странная позиция.
В этом году срезали финансирование на тушение лесных пожаров?
Да, я говорю про 2019 год. Это федеральные деньги, полученные для учреждения, на которые надо как-то финансировать локализацию, ликвидацию и окарауливание лесных пожаров.
С чем связано такое сокращение финансирования?
Ну, это вопрос, наверное, к директору лесного департамента. С финансированием очень сложная ситуация, с формированием и доведением госзадания — еще сложнее. Мы с августа прошлого года бились с департаментом, говорили: «Ребята, начинайте формировать госзадание, у нас будут проблемы, потому что вы нам доводите нарисованные цифры». А нам отвечали: «Не лезьте . Мы доведем вам госзадание, не переживайте». И вот мы в январе получили госзадание, а через неделю начали его править совместно с департаментом, с лесничествами и с нашими филиалами. Два месяца занимались исправлением госзадания, чтобы успеть до окончания первого квартала выйти на выполнение календарного плана. И в середине марта, когда это все было отработано совместно на видео-конференц-связях, подкреплено письмами филиалов и лесничеств, господин Петухов сказал: «Не буду я вам править госзадание. Не буду!». То есть, искусственно привел ситуацию к неисполнению плана первого квартала. Зачем?
Вы сказали, что ждете волну увольнений. Речь про подведомственные лесному департаменту учреждения?
Естественно. Если у нас недофинансирование, значит, надо изыскивать какие-то внутренние резервы. Вот, например, создание системы видеонаблюдения лесных пожаров. Отличная идея, на исполнение задуманного требуется 16 миллионов рублей. Где их брать? А «Владлесхоз» законтрактовался без финансирования. Все-таки выделили 3 миллиона по первому этапу, а ведь все камеры уже висят на 30 вышках операторов сотовой связи. Так учреждение занялось оптимизацией структуры пожаротушения.
А остальные деньги вы где возьмете на эту систему?
Вопрос. Надеюсь, он будет решен!
То есть, их нет сейчас?
Нет. Сейчас исполнители контракта подвели к каждой камере каналы связи, их уже видно на сайте, РДС получает с них обзор. Скоро будет проведено обучение около 50 специалистов лесничеств, филиалов, департамента и центрального аппарата. После этого возникнет вопрос проплаты второго этапа, который сейчас пока что открыт. Я не думаю, что он решился за несколько дней.
Какие еще проблемы?
Да проблем большое количество. Повторюсь, «Владлесхозом» надо планово заниматься. Надо развивать внебюджетную сферу деятельности, чем мы и занимались: это договора с линейщиками (дорожники, газовики, ЛЭП и другие заинтересованные лица), отводы, таксация, проекты освоения лесов. Никогда проектами не занималось учреждение, а с декабря приняли двух специалистов, которые изготавливают ПОЛ. «Владлесхоз» сейчас поставляет посадочный материал в несколько регионов — Москва, Тверь, Новгород, Рязань, Иваново. До этого в меньших объемах поставляли, а сейчас увеличили количество продуцирующих площадей, объемы поставок, со всеми провели работу, огромное количество писем направили.
У нас проблемы с финансированием закупок противопожарной и лесохозяйственной техники, около 80% которой со стопроцентным износом. И здесь надо сказать спасибо Рослесхозу — «Владлесхозу» выделено федеральное финансирование более 31 миллиона рублей, и уже закупили 3 трактора, в ожидании 3 пожарные машины и 2 тяжелых трактора. Плюс за счет собственных средств два филиала закупают еще 2 трактора по лизинговой схеме.
Кроме того, надо работать с областью по софинансированию в рамках нацпроекта «Экология», и этим тоже планово заниматься.
Возникает вопрос и доведения учреждению каких-то дополнительных объемов древесины, чтоб покрыть недостающий лимит финансирования за счет этой древесины. Но этого тоже нет. Наоборот, сказано: «Ребята, а вы в следующем году останетесь у меня (Петухова) совсем без леса». Ну что, тогда закрывать учреждение?
С вашей точки зрения, это непрофессионализм или какая-то сознательная позиция?
Я не думаю, что это сознательная позиция. Это отсутствие опыта работы на земле и непрофессионализм руководителя.
Вы говорили про какие-то «непонятные схемы». Можете пояснить, о чем идет речь?
Это когда в учреждение подсылаются то одни какие-то контрагенты, то другие, которые хотят здесь скупать леса и заниматься лесозаготовками.
Скупать?
Заготавливать древесину, скупать лесосеки. То есть, стать такими же, как ООО «Форест» и как любой другой заготовитель, которых во Владимирской области десятки. Это и есть контрагенты учреждения. Но люди приезжают, хлопают глазами и даже в лес не едут. Основная масса потребителей древесины во Владимирской области — это местные заготовители и переработчики, местные пилорамы. Они работают совершенно открыто, никакой латентности нет: зарегистрированы в ЕГАИС УД, видно движение древесины - там все «по белому». Все видно: человек получил лес, заготовил, зарегистрировал сделку, перевез туда-то. Кого-то при этом обеспечил работой.
Говорят, лес — дело темное, потому что сложно разобраться, как все это устроено.
Неправда.
Просто официальная информация всегда разная: кто-то из директоров департаментов, которых у нас было за последнее время немало, говорил, что все прекрасно, кто-то — что нет сил и средств. Кадровая чехарда усугубила ситуацию?
Я помню всех со времен Белоусова Николая Даниловича.
Раньше было лучше?
Лучше всего было при Белоусове, у которого я был заместителем. С его увольнением юридически все было правильно: он достиг определенного возраста на госслужбе, но ему при желании ежегодно и после 60 лет могли продлевать контракт. Не случилось.
Может, потому что мы с Николаем Даниловичем отчаянно сопротивлялись очередному приоритетному инвестиционному проекту, которого еще не было на тот момент. Не буду говорить, какому, но мы усиленно сопротивлялись, за что и поплатились. После этого я продержался в департаменте еще 7 месяцев. А когда господин Кузнецов (новый директор департамента лесного хозяйства) начал чудить с незаконными продлениями договоров аренды... Может быть, вы знаете эту ситуацию с продлением 20 с лишним договоров, которая была оспорена прокуратурой, и которые через суд потом департамент расторг?
В общем, после него лучше не стало: теперь все идет только вниз по наклонной. Выход здесь только один: нужны специалисты, которые должны работать на благо Владимирской области, жителей Владимирской области. Областной бюджет у нас дефицитный?
Дефицитный.
Так, задайте вопрос директору департамента Ивану Петухову, почему он не заключает договоры краткосрочные на куплю-продажу лесных насаждений через аукцион? Почему не формирует лесные участки и не выставляет их на аукцион на право заключения договоров аренды? Все, что свыше минимальной ставки платы, которая перечисляется в федеральный бюджет, будет деньгами областного бюджета. И желающих поторговаться будет хоть за одну лесосеку, хоть за заключение договора аренды, большое количество, поверьте мне. И тогда спокойно к вице-губернатору по финансам Вячеславу Павловичу можно идти и говорить: «Уважаемый Вячеслав Павлович, от лесных податей в областной бюджет поступило вот столько вот. Вот, это для сравнения 2017, 2018, а это - 2019 год. И это работа департамента. Мы наполняем областной бюджет? Поделитесь с департаментом софинансированием каких-либо проектов». Лесным кодексом всё предусмотрено, там все прописано: формируйте участок, ставьте на кадастровый учет, объявляйте аукцион. Так нет, все носятся с очередным ПИПом (приоритетным инвестиционным проектом). То есть, трех ПИПов мало: уже и так выхолостили все леса области. А сырье у нас есть - нет только желания.
Иван Петухов
С вашей точки зрения, владимирские леса сейчас в каком состоянии находятся?
В не очень хорошем.
С чем это связано? С тем, что лесовосстановлением толком не занимались?
Нет, лесовосстановлением занимаются с каждым годом все больше и больше. Объем лесовосстановления растет, но с учетом того, что финансирование не выделяют, а есть, скажем так, кажущееся повышение в рамках инфляционных процессов - они просто «размазываются» в затратах. Растет бензин, растут налоги, еще что-то растет. Это повышение не дает реального увеличения финансирования. Но это не беда субъекта, это беда федерации. Есть утвержденные нормативными документами расчеты финансирования. Но есть реальные возможности заниматься лесным хозяйством в рамках региона, можно добиваться отчислений в областной бюджет на совсем другом уровне.
В других регионах это работает?
Сплошь и рядом. Достаточно зайти на «torgi.gov.ru» и посмотреть. Продаются по 10, по 15, по 100 кубов - любые лесосеки. И нормально бюджеты наполняются, нормально спрашивается потом с лесозаготовителей. И здесь должно быть все то же самое. По результатам аукциона заключается либо договор аренды, либо купли-продажи лесных насаждений. Стандартные типовые формы договоров утверждены различными нормативными документами.
Вы с Петуховым об этом говорили? Он чем аргументирует то, что у нас это делается по-другому?
Последний раз этот разговор поднимали в октябре прошлого года, и я видел понимание с его стороны. Но после этого идет только ухудшение ситуации. С ноября по декабрь мы занимались защитой. Точнее, мы занимались формированием финансирования своего учреждения, а защищаться департамент должен был в Москве. Мы все дали, все показали, рассчитали. И ничего.
Ну, нельзя на содержание и ремонт пожарной машины в течение сезона 10 тысяч выделять. Нельзя! И это притом, что она фактически со стопроцентным износом. Два новых колеса — уже 15 тысяч стоят. Если нет возможности нам этот лимит финансирования каким-то образом выбить, то давайте рассматривать этот вопрос через увеличение объема доведения древесины в рамках госсзадания - это я уже повторяюсь. Тем более, что древесину-то мы берем не от рубок спелых и перестойных насаждений. Это СОМы (санитарно-оздоровительные мероприятия), короедники отработанные 2012-2016 годов, горельники прошлых лет, поврежденные болезнями. Есть делянки, где на 95% древостой уже лежит. И, если бы, скажем так, мы не пришли со своим госсзаданием и не включили этот лес в реестр рубок, не факт, что пожарная ситуация в том или ином участке леса была бы лучше без проведения рубки.
Вы больше не собираетесь нигде работать по своему профилю?
Почему? Я никогда не успокаивался.
Сейчас вы сами ушли?
Повторяю, конечно, сам. Ну, если уже идет такое откровенное «мочилово» учреждения. Сейчас принялись за генерального директора. Мы в очередной раз говорим: «Да, по факту не выполнено задание первого квартала». Об этом два месяца предупреждали. Все же было отработано. Почему до нас не довели измененное госзадание по результатам работы за первый квартал? И первый квартал показал, что мы не выполнили из-за вас (Петухов) - из-за того, как вы его так сформировали. Почему сейчас вы этого не делаете? На дворе начало июня уже, а госзадание так и не изменили. Искусственно создана ситуация невыполнения уже полугодового плана.
Вы знаете, что вокруг поселка Курлово творится? Вокруг Курлово с прошлого июня лежат ветровалы. Поселок - как на пороховой бочке. Учреждением отработана эта ситуация через лесопатологическое обследование и отводы еще осенью прошлого года. Почему нам в январе 2019 года его не включили? Мы бы сейчас до пожароопасного периода уже все вокруг поселка убрали. Курлово территориально расположен внутри сосновых лесов, с любой стороны, не дай бог, там загорится спичка, все. Вокруг более 100 гектаров ветровалов непосредственно примыкающих к жилым домам.
А госзадание формирует департамент? Вы на это никак повлиять не можете?
Нет. Что от нас зависело по Курлово, мы за счет собственных средств сделали — это лесопатологическое обследование. И просили департамент, подготовили еще в ноябре-декабре все документы. Почему не включили? А на тот момент эта древесина была хотя бы в рамках рыночной стоимости. Можно было нормальную цену получить от продажи - спилить и что-то на ней заработать. Сейчас она уже частично начинает портиться. Технические свойства древесины, естественно, ухудшились. И я переживаю за поселок. И таких фактов у нас огромное количество.
А еще где проблемные места?
Да полно в лесной сфере сложных ситуаций.
Их можно каким-то образом держать на контроле?
Вы имеете в виду по пожароопасной обстановке?
Да.
Вот, например, ситуация, которая была с пожарами в прошлом году в Гусевском районе, за Курлово, где выгорело 200 с лишним гектаров.
Так вот, это — горельники, неразобранные с 2010 года. Пожары, которые ликвидировали с участием Николая Владимировича Виноградова, Сергея Станиславовича Мамеева, Николая Даниловича Белоусова и вашего покорного слуги, лесников, МЧС, а также специалистов с половины Владимирской области, Ивановского трубопроводного батальона, Ивановской академии МЧС, армии. Там трудилось человек 700. Так вот, в прошлом году там полыхнули горельники, которые не разобраны с 2010 года. Тех объемов финансирования, которые выделялись в 2011 - 2012 годах не хватило на весь объем горельников, так как тогда у нас еще Южное и Каменка сгорели в Меленках.
И это одна из проблем — наличие старых горельников. Прошлый год показал, что в любом месте возможно неконтролируемое развитие чрезвычайной ситуации подобного характера при стечении ряда негативных факторов. И задача «Владлесхоза» не допустить таких ситуаций. И это опять проблемы достойного финансирования, организации работы всех заинтересованных структур.
В этом году департамент лесного хозяйства администрации Владимирской области из федеральных денег довел финансирование на разработку более 100 гектаров горельников прошлых лет в Гусевском и Меленковском районах. Но это немного: денег не хватит на то, чтобы привести в порядок 3,5-4 тысячи гектаров леса, оставшихся после пожаров 2010 года.
https://zebra-tv.ru/novosti/spetsproekty/otkroveniya-lesnogo-professionala/
Иван Петухов
