Эксклюзивное интервью первого заместителя министра аграрной политики и продовольствия Максима Мартынюка агентству "Интерфакс-Украина"
Когда будет разработан порядок распределения средств по госпрограмме поддержки животноводства на 4 млрд грн?Порядки разрабатывает наше Министерство совместно с Министерством экономического развития и торговли. У нас есть четкое понимание цели, которой мы хотим достичь, потратив 4 млрд грн: сделать кредиты на инвестпроекты в отрасли по-настоящему дешевыми. Исходя из этого, формируется порядок реализации госпрограммы поддержки. Государство будет компенсировать стоимость кредитов, привлеченных под строительство и реконструкцию животноводческих комплексов. Для бизнеса цена займа должна составить 3-4% годовых. При этом кредит должен быть взят в украинском банке. Для участия в программе будут отобраны плюс-минус 10 финансовых учреждений, в том числе и негосударственные банки. Понятно, что не всем банкам это интересно, да и не у всех есть клиенты-аграрии, но никто никого не будет принуждать.
Мы знаем, что финучреждения мелким шрифтом могут вписать скрытые комиссии, штрафные санкции и т.д. так, что заемщик вместо 3-4% будет платить больше, чем платил бы по ординарному кредиту, привлеченному без помощи государства. Так быть не должно, правительство и банки должны играть как сработанный оркестр. Если мы даем деньги, то хотим, чтобы банки выдерживали условия. Банки должны четко осознавать этот факт и быть готовыми эти обязательства выполнять. Если у нас с государственными банками априори более тесная взаимосвязь и кооперация, то с частными ситуация другая, и мы бы хотели от них просто фиксированных условий по этому сотрудничеству.
Максимальная сумма кредита, которую может получить компания по программе поддержки животноводства на строительство и реконструкцию фермы, может быть ограничена 150 млн грн.
150 млн грн достаточно, чтобы построить ферму или реконструировать старую?Вполне. Расходы по реконструкции фермы на одно скотоместо составляют $2,5 тыс.
Почему отказались от программы дотаций на 2018 год?Давайте посмотрим на ее результат по итогам 2017 года – рост цен на мясопродукцию, в первую очередь мясо птицы, и отсутствие внятного прогресса в животноводстве, вместо ценовой стабильности и позитивной динамики поголовья. Кроме того, средние товаропроизводители получили несопоставимо низкие суммы дотаций.
Из корпоративного сектора поступали предложения сохранить квазиакуммуляцию, введя ограничение в 150 млн грн на одного получателя. Но в этом случае мы бы не смогли администрировать получение госпомощи большими агрохолдингами, потому что у государства нет реестров связанных лиц. Никто не может выдать, условно говоря, справку с печатью и подписью, о том, что эти компании объединены между собой одним собственником. Банки, когда оценивают кредитные риски, собирают информацию о группе компаний. У них эта информация есть, но она не пригодна для использования государственными органами в той парадигме, в которой мы живем.
Новая программа поддержки животноводства построена так, что сама экономическая природа кредита станет защитой от всевозможных злоупотреблений. Зачем набираться кредитов, не выполнять по ним обязательства, иметь проблемы с банком, государственными органами, ухудшать кредитные рейтинги - одним словом, оно того не стоит. Мы же говорим не о 150 млн грн, а о снижении процентной ставки, это деньги совершенно другого порядка.
Насколько эффективна система господдержки сельского хозяйства в Украине вообще?Нужно думать об инновационном развитии сельского хозяйства, при этом нам точно не нужно выстраивать модель, когда сельское хозяйство зависит от бюджетных дотаций. Эти инфантильные попытки – наследие советского подхода, который сводится к высасыванию денег из госбюджета. Украина владеет плодородными землями, у нас благоприятный для сельского хозяйства климат, но мы не до конца используем этот потенциал. Неэффективность сельхоздеятельности мы покрываем за счет госбюджета во имя каких-то мифических целей. Наше агропроизводство может быть эффективным и его нужно таким строить. Ведь когда нет дотаций, фермер должен сам анализировать, что сеять и как обрабатывать свои поля. Бюджетные дотации в целом правительством воспринимаются как инструмент поддержки точек роста. Да, на каком-то этапе отрасль нужно поддержать. Но дальше она должна идти самостоятельно.
Те, кто говорят о EUR700 на гектар господдержки в ЕС, вводят всех в заблуждение. Дотации в ЕС, где фермер с 20 га считается уже лендлордом, направлены на поддержку фермерства как образа жизни. Там фермер всю жизнь может делать определенный вид сыра бри. Но у нас, в силу разных причин, развивается индустриальное сельское хозяйство, и оно достаточно интенсивное, чтобы быть рентабельным, прибыльным и востребованным на мировых рынках и без системы бюджетных дотаций. Дотации должны быть направлены в те секторы, где мы хотим видеть рост и действовать только до выхода на точку безубыточности.
Как были освоены средства по программам господдержки в 2017 году?По прошлому году около 0,5 млрд грн мы вернем в госбюджет, но это с учетом всех подконтрольных Минагропроду госорганов. В разрезе отдельных бюджетных статей: Ликвидация и экологическая реабилитация территории влияния горных работ государственного предприятия "Солотвиниский солерудник" Тячевского района Закарпатской области – 3,3 млн грн; Финансовая поддержка сельхозтоваропроизводителей (частичная компенсация стоимости сельскохозяйственной техники и оборудования отечественного производства) – 426,5 млн грн; Селекция в рыбном хозяйстве и воспроизводство водных биоресурсов во внутренних водоемах и Азово-Черноморском бассейне - 40 млн грн.
Очень показательна ситуация с Гослесагентством, которое громко заявляет о недостаточном бюджетном финансировании на будущий год, но которое не смогло освоить 100% средств, заложенных в предыдущем. По итогам 2017 года мы возвращаем в госбюджет 25 млн грн по статье "Ведение лесного и охотничьего хозяйства, охрана и защита лесов в лесном фонде".Какая ситуация с экспортом зерна из Украины и каков прогноз министерства на текущий сезон?Мы прогнозируем экспорт на уровне 41 млн тонн. Фактор риска для реализации этого прогноза – рост проблем с логистикой, особенно остро стоит вопрос дефицита вагонов и локомотивов. В Украине компании уже закупают свои вагоны, но частные локомотивы на рельсы выйти не могут. По моему мнению, "Укрзализныця" должна сосредоточится на развитии инфраструктуры и продаже услуг по доступу к железной дороге.
На каком этапе сейчас вопрос запуска земельной реформы?Мораторий продлен еще на год. Мы не просили об этой отсрочке, но раз уж депутаты ее предоставили, то в течение следующих 12 месяцев сосредоточимся на создании Государственного сельскохозяйственного гарантийного агентства (это очень условное название). Эта структура может быть государственным финансовым учреждением, которое выступало бы гарантом по кредитам, которые хотят взять аграрии. Уставный капитал агентства может формироваться за счет 1% ВВП на поддержку АПК. Если мы дадим возможность получить кредиты, и они будут дешевыми, то думаю, что это снимет вопрос популистов "Где фермер возьмет деньги, чтобы купить землю?".
Чем для решения этих задач не подошел Госзембанк, который не так давно ликвидировали?Банк и гарантийное агентство - это разные вещи. Госзембанк пал жертвой имиджа системы предыдущего режима. Он ничего не сделал, но его признали абсолютным злом, а потом ликвидировали.
В Госгеокадастре есть понимание ситуации с управлением землями государственной собственности? Кто их обрабатывает и по каким арендным ставкам?Это понимание формируется в ходе проверок, которые проводит Госгеокадастр и тех нарушений, которые он выявляет. Поменялся сам подход к этим проверкам: они стали реальным инструментом улучшения ситуации в отрасли. Если пастбище распахано и там уже засеян рапс, то можно бесконечно долго искать, кто же собственник рапса. Так работала Госсельхозинспекция и большей частью этот подход был направлен на получение взятки. Мы не ставим себе цель найти собственника рапса и договориться. Мы находим эти площади и выставляем их на аукцион, и тогда тот, кто засеял, находится сам. Он идет на аукцион, платит штраф и дальше обрабатывает эту землю "в белую".
Земельные аукционы с каждым годом становятся все более конкурентными. Если в 2016 году у нас был один аукцион, который завершился с показателем больше 145% годовых, и это был уникальный случай, то в этом году прошел целый ряд таких аукционов с результатом 160-180%. Я не знаю, может там золото в земле закопано, но, тем не менее, это факт. Средняя ставка по передаче госземли в аренду - 14%.
Сейчас много скандалов возникает вокруг нецелевого использования земель Национальной академией аграрных наук. Вы можете прокомментировать ситуацию?Академия наук является саморегулируемой организацией, которая управляет госимуществом, в том числе землями исследовательских хозяйств. Я могу судить об эффективности их использования по результатам проверок НААН, которые проводил Госгеокадастр. В течение года было проведено 202 проверки ГП, относящихся к сфере управления НААН на площади 251,860 тыс. га. На большинстве предприятий обнаружились неоформленные земли, нецелевое их использование, странные договора о совместной деятельности. В результате было установлено 65 нарушений требований земельного законодательства на площади 95,079 тыс. га. В том числе, самовольное занятие земельных участков на площади 12,129 тыс. га; использование земельных участков не по целевому назначению на площади 1050 га; использование земельных участков теневым способом, привело к снижению плодородия почв на площади 13,815 тыс. га; использование земельных участков без государственной регистрации права на них на площади 68,085 тыс. га.
Начисленный ущерб составил 16,240 млн грн.
Можете рассказать, на каком этапе сейчас подготовка крупнейших госпредприятий отрасли к приватизации?Ситуация сложная. Со всей долговой нагрузкой, со всеми недостачами, которые были образованы фактически в результате краж в особо крупных размерах, на сегодня стоимость ГПЗКУ является отрицательной. Корпорация - это дистресовый актив, он ничего не стоит, несмотря на то, что компания контролирует 10% номинальных элеваторных мощностей. Поэтому тому, кто захочет ее забрать, нужно будет еще и доплатить.
ПАО "Аграрный фонд" - чистый зернотрейдер, который ориентирован на внутренний рынок, он контролирует более 12% рынка муки, занимает значительные позиции на рынке пшеницы, имеет форвардные контракты и взаимоотношения с агропроизводителями, работает в прибыль. Там неплохой менеджмент. Но меня бы на месте потенциального покупателя был бы один вопрос: где у меня гарантии, что после того, как я его куплю, вся команда Аграрного фонда не встанет и не уйдет. А у ПАО ничего, кроме команды, нет, это единственный актив. Мы стоим перед дилеммой как продавец: либо мы имеем дивиденды от прибыли, которую генерирует ПАО и имеем влияние на ценовую стабильность хотя бы по муке и гречке, поскольку "Аграрный фонд" может использовать свои запасы зерна и муки для погашения спекулятивных ценовых волн, либо выставляем на продажу оболочку с очень сомнительным финансовым успехом ее продажи. Скорее всего, приватизация "Аграрного фонда" должна сопровождаться его реструктуризацией в том смысле, что к нему нужно добавить реальные активы. Мы попытаемся передать им производственные мощности для того, чтобы дать возможность более ритмично обеспечивать себя готовой продукцией и посмотрим, какой эффект это даст для предприятия в целом.
Когда можно ожидать рассмотрение парламентом законопроекта о приватизации "Укрспирта"?Я считаю, что у "Укрспирта" нет другого пути, кроме как приватизация. Та модель, которая прописана в правительственном законопроекте, является оптимальной. Надеемся, что в 2018 году парламент его рассмотрит.
Заявления "Укрспирта" о том, что они против ликвидации монополии на производство спирта или, наоборот, за ее существование, о том, что им не нравится правительственный законопроект, а нравится депутатский, находятся, мягко говоря, не в их компетенции. "Укрспирт" - это госпредприятие, оно не должно, не может и не будет формировать государственную политику. В их компетенции купить зерно, газ, сделать спирт и продать его.
На сегодня не завершена процедура ликвидации и передачи целостных имущественных комплексов, которые входили в концерн "Укрспирт". На это были разные причины, одна из которых – неэффективная работа ликвидационных комиссий. Сейчас мы обновили состав комиссий, и они должны работать. Нужно быстрее завершить передачу этих предприятий на ГП и забыть об этом.
Уже более двух лет ключевые предприятия в подчинении Минагропрода возглавляют исполняющие обязанности руководителей, это проблема реформы госслужбы?В государственном секторе решения о назначении принимаются достаточно сложно, с учетом бюрократических процедур и политических течений, хотя влияние последнего фактора постепенно уменьшается. Именно в силу этих условий государство не является эффективным собственником. Не потому, что все сидят на потоках, а потому что есть куча ограничений в администрировании. Принципы корпоративного управления в государственном секторе невозможно применить в полной мере.
У Минагропрода в подчинении четыре крупных предприятия "Аграрный фонд", "Артемсоль", "Укрспирт" и ГПЗКУ.
У "Аграрного фонда" давно есть руководитель, без всякой приставки и.о.
По "Артемсоли" и.о. назначена Виктория Луценко из числа заместителей. Это предприятие достаточно специфическое в силу своего социального значения - оно градообразующие и находится в 20 км от зоны конфликта. Там любые резкие движения, кадровые перестановки, намеки на сокращение персонала – опасная, в прямом смысле, вещь. Пока там все спокойно и это главное наше достижение. К "Артемсоли" нужно применять совсем другие подходы к корпоративному управлению, создавать наблюдательный совет, объявлять конкурс на руководителя, и тд.
По "Укрспирту" конкурс объявлен, кадровая комиссия отобрала финалистов, кандидатуры которых будут рассмотрены номинационным комитетом.
По ГПЗКУ аналогичная ситуация, уже отобраны пять финалистов, ждем заседания номинационного комитета. Мы просили объявить, и правительство пошло нам на встречу, конкурс на независимых членов наблюдательного совета ГПЗКУ, но этот конкурс, к сожалению, в силу непонятных для меня причин, пока не сдвинулся с места.
В целом мы хотим на всех предприятиях повысить стандарты корпоративного управления и создать наблюдательные советы, оставив за государством как за органом управления лишь ограниченный набор функций: утверждение стратегических планов развития, согласование финпалнов и отбор аудитора.
